Отец не любил говорить о войне,
Кому и зачем — все там были,
И праздник Победы не знали в стране,
Работали молча и жили.

Победу отметили в сорок шестом,
А после её запретили,
-Нельзя всех поздравить, деньгами притом,
Сказал всем, ворча, Джугашвили.

Прошло тридцать лет как войну погребли,
И праздник вернули, как надо,
Вот только умерших вернуть не смогли,
Живым раздавали награды.

Отец про Войну мне в тот день говорил,
(Я так удивлён был, не скрою)
За что орден Славы и как получил,
Как мог быть представлен к Герою.

Отбил ночью хутор он с горсткой бойцов,
И пушку отбили у гадов,
Комдив всех поздравил, сказал: «Молодцом!
Но с пушки огонь открыть надо».

Рукой показал на высотку комдив,
Там бой разгорался, всё видно.
-Кто выстрелит с пушки — Героя дадим,
Родным за вас будет не стыдно.

Открыли казённик, вогнали снаряд,
Осталось найти, дёрнуть ручку,
Глаза у бойцов напряжённо горят,
Но где ж эта чёртова штучка?

Искали всю ночь тот крючок иль скобу,
Рычаг, или что там у пушек,
Всё щупали нежно, как будто жену,
Но так не нашли тех игрушек.

У пушки немецкой имелся секрет,
Когда рассвело и узнали:
Стреляла от кнопки, а ручек там нет,
Все дружно потом хохотали!

Отец вскоре умер, прошло много лет.
Однажды 9-го Мая
Я сыну поведал той пушки секрет,
Зачем рассказал, я не знаю.

Года, к сожаленью, идут и идут.
Война далеко или близко?
Вот внучка окончила пединститут,
Детей привела к обелиску.

Напротив фамилии, ей дорогой,
Она рассказала ребятам,
Про кнопку, про пушку, комдива и бой,
Геройскую Славу солдата.

Сын деда не видел живым никогда,
И прадеда внучка не знает,
Но память о нём сохранят навсегда,
Поскольку та память живая!